03:15 14.07.2015 | Все новости раздела "Яблоко"

Галина Ширшина: Уберут Ширшину-хозяйственника, получат Ширшину-политика

// «7х7»,13 июля

3 июня 2015 года Петрозаводский городской совет, заслушав доклад мэра Петрозаводска о работе в 2014 году, оценил ее на «неудовлетворительно». Тем самым депутаты сделали первый шаг к отстранению Галины Ширшиной от должности главы администрации города. Для того, чтобы достичь своей цели, согласно уставу Петрозаводска, депутатам осталось сделать еще три шага: выставить второй «неуд» в середине сентября, затем инициировать отстранение, выдвинув соответствующую инициативу, и, наконец, одобрить ее двумя третями голосов депутатов (20 человек). В соответствии с нынешними раскладами сил в Петросовете такой результат отнюдь не кажется невероятным. То есть в конце октября — начале ноября город может оказаться без мэра, и тогда придется проводить новые выборы.

Однако опыт выборов мэра Петрозаводска 2013 года показал, что их результат может быть неожиданным для партии власти, чей кандидат и проиграл Галине Ширшиной, представительнице команды Василия Попова — лидера карельского «Яблока». Видимо, исходя из этой перспективы, депутаты, а точнее, те силы, которые заставляют их следовать этой тактике, решили не рисковать и вовсе отменить выборы мэра в Петрозаводске. На той же сессии Петросовета 3 июня депутаты приняли обращение к Законодательному собранию Карелии с соответствующей просьбой. Региональные законодатели, также в большинстве своем представители «Единой России» и ее вечного союзника ЛДПР, удовлетворили ее в рекордные сроки: уже 18 июня на очередной сессии решение об отмене выборов мэра Петрозаводска было принято сразу в трех чтениях.

30 июня были проведены общественные слушания, на которых сторонникам выборов мэра также не удалось набрать большинство голосов. Мало сомнений и в том, что на внеочередной сессии Петросовета, которая пройдет 13 июля, в устав города будут внесены соответствующие поправки.

Таким образом, Галина Ширшина, вероятнее всего, останется в истории столицы Карелии обладательницей сразу нескольких эпитетов «первый»: первая женщина-мэр Петрозаводска, первый оппозиционный мэр Петрозаводска, первый мэр Петрозаводска, отправленный в отставку Петрозаводским городским советом, а также одним эпитетом «последний» — последний народно-выбранный мэр Петрозаводска.

О том, как работалось и как работается «первому и последнему» настоящему мэру Петрозаводска, что получилось и что не получилось, а также о том, какие планы на будущее у действующей главы города, корреспондент «7х7» узнал в разговоре с Галиной Ширшиной.

— Галина Игоревна, признаться, мы давно планировали взять у вас интервью и хотели сделать его, как говорится, человеческим. Поговорить о том, как обычный, нормальный человек – Галина Ширшина — справляется с тем грузом всего, что произошло за 20 месяцев пребывания в должности мэра…

— Вызывает сомнение только одно — термин «нормальный» [смеется].

— Я думал, как правильнее сказать — обычный или нормальный. Но ведь «обычный» тоже теперь не скажешь, ведь был обычный человек, стал необычным. Так вот, все события, которые произошли за последние несколько месяцев (подробнее о них читайте в карельском разделе сайта «7х7»), сделали невозможным простой разговор о человеческих отношениях, что называется, «за жизнь». Так что придется мне вас помучить вопросами политическими, которые стоят на повестке дня городской жизни и которые стали важными, кажется, для большинства жителей Петрозаводска. Даже для тех, кто никогда не интересовался политикой и на выборы не ходил.

— Ну давайте попробуем.

***

О ситуации в городе и отношениях с региональными властями

— Мой первый вопрос самый общий — относительно нынешней обстановки в городе, о политических аспектах взаимоотношений городской администрации с региональной властью. Какими бы словами вы ее описали?

— Я вам так скажу: в администрации города — за что я отвечаю и что меня реально волнует — обстановка рабочая. Мой настрой, и я надеюсь, что я его передаю своим подчиненным, такой: меня не интересуют никакие переживания, никакие эмоции по поводу чьих-то внешних решений и внешних факторов. У нас есть обязательства, которые мы на себя взяли, когда пришли работать в администрацию города, и эти обязательства мы должны выполнить. У некоторых моих подчиненных явно возникает чувство обиды от того, что меня не интересует, что они думают по поводу нынешней политической обстановки в любых ее формах и проявлениях.

Меня интересует другое: например, почему, несмотря даже на расторжение контракта на ремонт городских дорог с ГУП «Мост», у нас до сих пор не заделаны ямы. Меня интересует, почему у нас не скошены газоны на тех городских территориях, которые должны быть выкошены всегда и несмотря ни на что. Так что обстановка рабочая.

— В любом случае не признавать того факта, что есть противостояние с республиканской властью или администрацией главы республики, в принципе невозможно. Это очевидно любому, кто хоть изредка следит за городскими новостями. Видите ли вы выход из этого противостояния?

— Я рассуждаю исключительно прагматично. Например, я думаю, каким должен быть выход из ситуации, когда в городской бюджет не выделяются средства из республиканского дорожного фонда. Или каким должен быть выход из ситуации, при которой городской бюджет не получил положенных денег на ремонт и реконструкцию детских садов. Я думаю о том, что делать в ситуации, когда республиканское предприятие, которое выиграло тендер на уборку и ремонт городских дорог в течение пяти месяцев, лишь делало вид, что пытается убрать город.

А выход может быть только один — исправление этой ситуации. И все. Мы должны принять решение о том, что Петрозаводск — это город столичный и, как сказал в Москве [на вручении Петрозаводску грамоты «Город воинской славы»] Александр Петрович Худилайнен, лицо республики. И то состояние, в котором он находится сегодня, — недопустимо. И тогда я сниму все свои претензии относительно республиканского дорожного фонда, по поводу уборки города и так далее. И тогда политика, наверное, наконец-то отступит.

— А вам никогда не предлагали, условно говоря, какой-то сделки? К примеру, Галина Игоревна, ты делаешь то-то, и тогда чудесным образом возникают деньги из дорожного фонда или на детские сады, или еще на что-то.

— Конкретный обмен, одно взамен на другое — нет. Когда-то давно, почти два года назад, когда я планировала взять на работу Евгению Сухорукову, от Олега Юрьевича Громова [первый замглавы республики по экономической политике] прозвучало, что если вы ее возьмете на работу, то не получите денег из республиканского дорожного фонда. Но я тогда не отнеслась к его словам серьезно и до сих пор надеюсь, что он пошутил.

— Но денег-то нет…

— [C улыбкой] Ну, я надеюсь, что он пошутил и это действительно объективная ситуация, в которой оказалась республика, что у нее действительно нет денег.

***

Об отношениях с Петрозаводским горсоветом

— Помнится, еще прошлой осенью, Петросовет был настроен к администрации города вполне благодушно, поддерживал важные инициативы мэра, пусть и не единогласно. Казалось, что между исполнительной и представительной ветвями местной власти складываются достаточно конструктивные отношения. Не прошло и полгода, и вот весной мы получаем совсем другой, враждебный администрации, Петросовет, хоть и в том же составе. В какой момент все изменилось и что произошло?

— Все изменилось с назначением Геннадия Павловича Боднарчука председателем Петрозаводского городского совета [сменил Олега Фокина, который находится в СИЗО]. И еще домашний арест Ольги Залецкой сильно повлиял. Это стало шоком для некоторых депутатов: человека могут закрыть дома, не предъявляя обвинения. Депутаты понимают, если за Залецкую, маму двоих детей, люди вышли на улицу, то за нас-то кто выйдет?

— Очень похоже, что именно с этого момента решения, которые принимает Петросовет, переместились из хозяйственной сферы в политическую…

— Тут я согласна. Потому что когда Петросовет отказывается принимать решения, которые необходимы сегодня жителям, к примеру, по расселению аварийного фонда, то, на мой взгляд, это нонсенс. Это необъяснимо вообще ничем. Мягко говоря, это настрой не совсем конструктивный.

— Не возникает ли у вас соблазна где-то пойти на уступки депутатам Петросовета ради того, чтобы сделать хорошо городу в конкретных вопросах: дороги, детские сады или еще что-то?

— Речь идет только о том, на какие уступки мне надо идти. К примеру, если наши перевозчики, частные транспортные компании [в интересах которых, как представляется, действует нынешний председатель Петрозаводского горсовета Геннадий Боднарчук], обращаются к тарифной комиссии администрации за предельным тарифом в 35 рублей, и они предполагают, что это та уступка, на которую я могла бы пойти, то мы все понимаем, что такая уступка не нужна никому из жителей города. Сегодня в Петрозаводске работает частный перевозчик с тарифом 10 рублей, он не предъявляет претензии и не стремится расторгнуть контракт, значит, это выгодно. Так что это весьма, я бы сказала, дерзко — обратиться к администрации за тарифом в 35 рублей, и я на такие уступки не готова. Если это не в интересах жителей города, то нет, я не готова.

***

О достижениях и ошибках

— Давайте немного отдохнем от политики, чтобы потом еще к ней вернуться. Поговорим об управлении городом. Вы на посту мэра уже 20 месяцев. Можете ли вы назвать два, пять, десять, любое количество достижений и столько же, или сколько-нибудь, ошибок, серьезных просчетов в управлении городом?

— Что касается достижений, то, может быть, десять я не назову, но попробую основные перечислить. Во-первых, в сфере социальной работы: мне очень нравится тот темп, с которым мы открываем отделения учреждений социальной работы в районах города. Мы открыли отделение центра «Надежда» для детей из сложных семей, открыли отделение центра «Родник» для детишек с ограниченными возможностями здоровья, открыли отделение центра «Истоки» для пожилых людей. Неплохо мы сработали и с детскими садами. К сожалению, республика нам не дала освоить федеральные деньги [на покупку детских садов], и это их серьезнейшая ошибка. Но все равно раз в полгода мы открываем новый детский сад и будем это делать дальше. Это очень хороший результат. Ни по детским садам, ни по социальным учреждениям такой динамики в городе раньше не было.

Что касается сферы ЖКХ, то мне хватило смелости утвердить единую схему теплоснабжения и единую теплоснабжающую организацию. Это давало нам возможность участвовать в федеральных программах по реконструкции тепловых сетей. К сожалению, эти полномочия были потом переданы на уровень республики.

В сфере транспортного обслуживания мы сумели сохранить наше предприятие — МУП «Городской транспорт» [до недавнего времени с одной из самых низких цен на проезд — 10 рублей], мы научились контролировать цены на проезд в городском транспорте, в том числе коммерческом. А ведь это очень важное условие качества жизни горожан.

И конечно, плюсом является экологическая политика [город Петрозаводск стал единственным российским городом, удостоенным «зеленой звезды» за достижения в области охраны окружающей среды], хотя мы работаем в рамках весьма ограниченного бюджета. Нам помогает экологическая общественность, и с их помощью нам удалось сохранить рекреационные зоны в городе, и даже организовать новые.

— Теперь давайте про ошибки…

— Именно в такой постановке — про ошибки — мне сложно говорить. Я думаю, что можно было бы сказать о кадровой политике. Но является ли это ошибкой? Я постоянно убеждаюсь в том, что малая группа, к примеру, организация, развивается так же, как человек, — постепенно, и на разных этапах развития перед ней стоят определенные цели и задачи. Я могу сказать, что все люди, которые работали в команде Ширшиной, даже те, которые сейчас уже не работают, каждый из них на определенном этапе был необходим, и они справлялись с теми задачами, которые на том этапе перед ними ставились. С задачами иного уровня не все из них справлялись, поэтому я с ними прощаюсь.

— Не обижаются?

— В данном случае это не имеет первостепенного значения.

— Есть конкретные, точечные претензии по кадровой политике к вам. Например, неоднозначные назначения: Владимир Владимиров, Александра Ермоленко. Вы же понимали, что эти претензии будут, и все равно назначали этих людей. Почему?

— Вы знаете, у меня есть очень четкая позиция, как у руководителя: я готова выслушать любое мнение, но я понимаю, что ответственность за принятие решения лежит на мне. Плюс мой в том, что я готова эту ответственность нести. Я готова объяснять что-то, аргументировать свою позицию и так далее, но менять принятое решение, если оно мне кажется правильным, а кто-то с этим не согласен, я не готова. Это касается и истории с названными работниками, и не только этих историй.

— Вопрос по поводу нового сайта мэрии. Многие СМИ критиковали его цену — около трех миллионов рублей. Не разочаровались? Не считаете, что это было излишеством?

— Нет. Я уже все посчитала, я понимаю, что мы эти деньги уже вернули столице. Во-первых, мы не тратим ничего на пиар. Предыдущие администрации ежегодно тратили около 7 миллионов рублей на статьи, публикации. Я за это платить не буду. Ко мне подходили, спрашивали, но я даже слышать об этому не хочу. И поначалу работники администрации говорили, как это так, про нас нет позитива вообще. Но сейчас уже привыкли.

Что касается качества сайта, то сейчас стало намного лучше. Если мне нужна какая-то карта, я знаю, что она будет. Мне нужно, чтобы все аукционы были единомоментно на сайте и была вся информация о земле и имуществе, которое мы реализуем. Мне нужно, чтобы мои видеоотчеты поддерживались. И я знаю, что если мне нужен опрос на сайте, то он будет проведен. В этом плане проблем нет. А задача профессионалов уже оценить, насколько это стоит того. Очень большая цена была из-за того, что всю информацию, которая хранилась на старом сайте, нужно было перенести на новый. От этого никуда не денешься, потому что это сайт муниципального учреждения. Конечно, можно сделать сайт гораздо дешевле, но он либо не будет выполнять задачи, которые необходимо выполнять, либо ты потеряешь ту информацию, которая обязательно должна быть.

— Что-то еще не получилось?

— Конечно, есть и еще моменты. Главный — дороги в городе. Их привести в нормальное состояние не получилось. Моя проблема состоит в том, что я не смогла доказать губернатору, что ему выгодно иметь в столичном городе отремонтированные дороги. Я не смогла найти нужных слов, нужных аргументов, так что это моя проблема. Я, конечно, обрадовалась, когда на ремонт и обслуживание дорог пришло республиканское предприятие — ГУП РК «Мост». Потому что, во-первых, они серьезно снизили цену, а нам есть куда потратить деньги. Во-вторых, потому что учредитель находится рядом, и я уж никак не думала, что этот учредитель [правительство Карелии] спрячется в кусты, когда вопрос встанет о качестве выполняемых работ. Мне очень жаль это предприятие, мне жаль, что оно либо оказалось разменной монетой в политической игре, либо руководитель, который пришел на предприятие, просто не умеет им управлять.

Хорошо еще, что суд разрешил расторгнуть с ними контракт. Мне, конечно, было бы проще, если бы не разрешил, потому что выбора бы не было, надо было бы работать с «Мостом». Но теперь мы можем привлекать к уборке города третьих лиц, так что в ближайшее время хоть некоторые ямы заделаем.

— В работе администрации есть определенные планы. Есть принятая стратегия развития города. Что сегодня мешает реализовывать намеченные планы?

— Мешает неготовность некоторых сотрудников администрации работать с опорой на население. У людей, которые работают в администрации, не всегда есть понимание, что от населения не проблемы исходят, а у населения надо спрашивать решение проблем. И у нас, к сожалению, и я вынуждена это признать, есть большой отрыв между тем, что дулжно делать администрации, и тем, что нужно населению. Количество бумажек, отчетов, которые мы составляем, комиссии, рабочие группы, которые мы собираем по каждому поводу. Я уже сейчас прошу: пожалуйста, пусть на этих комиссиях не будет ключевых персон, потому что они должны работать, а не сидеть на этих бесконечных совещаниях и говорить о том, что сегодня никого не интересует. Например, есть рабочая группа по резервированию земельных участков. Да хоть ты сто их зарезервируй, пока ты не найдешь инвестора под эти участки, они (группы) бесполезны.

Или тема общественных советов. У нас очень буксует тема ЖКХ. Мы сделали общественный совет. Но у меня была глобальная проблема, кого мне включить в этот совет, чтобы это были люди, не аффилированные с управляющими компаниями. И сейчас мы готовы к этому, мы понимаем, кто должен войти в совет, как это все должно выглядеть. И мы это сделаем. Но прошло очень много времени.

— Сейчас энергия ваших оппонентов поубавилась, но еще недавно деятельность группы, скажем так, Тараканова-Винокурова, велась очень активно. Во время отчетов мы увидели, как она действует. А в работе мешает это противостояние?

— Нет. Вообще не мешает. Я даже заметила, что те отчеты, где присутствовала эта группа активистов, они были более насыщенные и больше запомнились народу. Я, как психолог, понимаю, что там, где есть сильная эмоция, это лучше останется в голове. Поэтому те люди, которые выступали на отчетах против того, чтобы я их проводила, я думаю, что они сработали на меня. А те отчеты, которые прошли спокойно и гладко, там так: «ну Ширшина отчиталась и ладно», там эмоции нет никакой. Хотя те же провокаторы, они ведь жители Петрозаводска, они имеют право задать любой вопрос, который считают нужным, и даже крикнуть то, что считают нужным.

***

Об отношениях с гражданским обществом

— Тогда давайте продолжим про граждан, про гражданское общество и взаимодействие с населением. Видите ли вы положительные результаты своей деятельности в этом направлении?

— Мне кажется, что на протяжении того времени, что я работаю, мне удается идти в направлении возвращения жителям их права на город. Мне кажется, что сейчас стало больше возможностей у людей, которые хотят что-то сделать, сделать это при поддержке администрации, и таких инициатив возникает больше. Более того, я часто даже не в курсе того, что происходит, но выясняется, что мы оказываем содействие. Дай людям возможность, право поучаствовать, и они сделают свое дело. Поэтому общественная активность у нас высокая. Например, экологи: у нас сейчас новый договор с подрядчиком, и мы отдаем его экологам, чтобы они проверили сами, та ли техника, то ли прописано, что они хотели бы видеть. И это нормально. Потому что один ум — хорошо, а много — лучше. А когда кто хочет, тот и участвует, это вообще красота.

— Как вы относитесь к протестной активности? После протестной волны выборов 2011–2012 годов было долгое затишье. А сейчас акции протеста возобновились на улицах города. Насколько это конструктивный подход?

— Тихо бывает в двух случаях — когда очень хорошо или совсем плохо. Что означает протест против ареста Залецкой? Понятно, что это результат ошибки власти. Нельзя было так делать. Что касается других форм протеста, я считаю, что если люди хотят выйти на улицы и что-то сказать, надо дать им эту возможность. Более того, когда я увидела группу в соцсети «Против Ширшиной» и что она очень быстро набирала количество участников, я, как наивный человек, решила встретиться с инициаторами, чтобы объяснить им, как я работаю и что я делаю. Но потом я прочитала на «Губдэйли» анализ того, кто входит в эту группу, и мне стало смешно.

А когда был пикет за отставку Александра Худилайнена, который глушили праздничным концертом, это было не совсем корректно — неуважение людей, их мнения, каким бы оно ни было. Мне кажется, гораздо правильнее прислушаться к тем обвинениям в твой адрес, которые выдвигаются. Почему я и говорю, что Тараканов имеет право высказывать то, что он думает, но это должно быть аргументировано. И я готова ответить на его аргументы. Но если он будет кричать на каждом перекрестке «Галя, Вася и так далее», то это одно, а если он мне скажет, «Галина Игоревна, покажи мне документы ГУП РК „Мост“, которые они тебе предоставили, и расскажи, почему ты не заплатила», вот это другое. Протестная активность, на самом деле, важна, потому что она позволяет власти быть в тонусе. И это хорошо.

***

О будущем города — с мэром и без

— Ну и последний блок — это вопросы о будущем города. Оно в любом случае есть — с мэром или с сити-менеджером. Вы лично не жалеете о том выборе, который был сделан в 2013 году, когда вы дошли до конца и победили на выборах? Ведь, возможно, если бы вы не стали мэром тогда, то не было бы теперь решения о сити-менеджере. Никто бы не волновался, Петросовет бы спокойно работал.

— Я не только не жалею, я искренне признательна тем людям, кто голосовал за Ширшину-Слабунову. Я помню про это все время. И я искренне стараюсь оправдывать ожидания этих людей. Я понимаю, что кто-то разочарован, кто-то хотел очень быстрых результатов, кто-то не понимает, почему я не могу пойти на компромисс с Бондарчуком, и даже не всегда понимает, какой компромисс, но какой-то должен быть непременно. Я очень переживаю за тех людей, кто разочарован. Они ведь разочарованы в основном не в Ширшиной. Я понимаю это и как психолог, и как руководитель: они разочарованы в системе, которая, по их мнению, опять не сработала. Это печально. То, что я сама лично не жалею, — это однозначно. Я понимаю, что городу нужно было прожить эти два года, чтобы получить те результаты, которые мы получили, не говоря уже о том, какой колоссальный опыт получила я.

— А есть ли еще какие-то неиспользованные ресурсы, какие-то козыри у команды Ширшиной, которые надо бы использовать как можно скорее, пока гром не грянул? И что могло бы как-то изменить ситуацию?

— Я считаю, что весь тот потенциал, который есть, мы стараемся максимально использовать для развития города. Козырь, который есть у Ширшиной, — это Ширшина-политик. Сейчас этот козырь не используется. Это было решение мое и решение нашей команды. Потому что мэр — это все-таки хозяйственник. В случае, если Ширшиной не будет как хозяйственника, вполне может пригодиться такой козырь, как Ширшина-политик.

— Это как раз мой следующий вопрос. Наверняка в голову вам приходили мысли – а что будет дальше. Предположим, что осенью случится отставка. Будете ли вы как-то это решение оспаривать? В уставе города написано, что мэр может выразить свое особое мнение в письменном виде. Ни про какие суды и возможности оспаривания в уставе речи нет. Какие мысли на этот счет?

— Понятно, что я наблюдаю за процессом Юрия Бобрышева, который идет в Великом Новгороде. Я изучала некоторую судебную практику, когда очень сложно доказать в суде, что мэр не исполнял свои обязанности, хотя ни один документ не подписал и т. д. Я вообще считаю, что самый нормальный вариант — отставка за то, что не исполняла три месяца поручение депутатов. Понятно, что депутаты это не скрывают, они этот вопрос обсуждают вместо того, чтобы думать, как работать. Но я лично даже не думаю о том, какие я буду предпринимать действия — буду судиться, не буду судиться. Мы даже до сих пор не подали в суд за «неуд», потому что я до сих пор анализирую практику судебную и думаю, надо ли тратить на это время. У меня иск в суд лежит на столе, но я не пускаю его, потому что не хочется отвлекать от важной работы своих людей.

— Но о своем будущем вне этого кабинета не думали? Может, в депутаты пойдете?

— Нет. У меня пока никакого интереса к политике нет. Потенциально — да. Если бы я смотрела со стороны на Ширшину-мэра, я бы сказала: «Неплохо пошла бы как политический деятель». Но у меня возможность заниматься политикой была. На протяжении многих лет карьера складывалась, когда мы работали с «Яблоком». Но мне никогда не была интересна политическая деятельность, она мне не очень приятна, и не хотелось бы этим заниматься.

— А какие последствия для города будет иметь отмена выборов мэра?

— В целом для России такое решение нельзя назвать удивительным или уникальным. Но для нашего города это удивительно. Еще несколько месяцев назад ситуация выглядела иначе: выборы мэров в Петрозаводске и Костомукше, в отличие от всех остальных городов Карелии, были сохранены [законодательная инициатива главы республики была поддержана депутатами Законодательного собрания в конце 2014 года]. Что же касается последствий, то для меня, как для главы города, последствия не будут серьезными. В случае, если не случится скорой отставки. А что касается глобальных последствий для города, все будет зависеть от того, кто будет следующим сити-менеджером.

— То есть могут быть и положительные последствия?

— По большому счету, если это будет человек, который любит город, который понимает, в чем его роль, который осознает, что, несмотря на то, что ты сити-менеджер, ты должен опираться на все население, на разные его группы, учитывать все интересы жителей города и создавать ситуацию, когда жители города должны участвовать в принятии решений… почему бы и нет. Другой вопрос, что ты подчиненный работник.

— Давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны: каково, в том числе психологически, вам ощущать себя последним избранным мэром Петрозаводска? Мы все грустим — вот я о чем.

— Я не склонна к пафосу. Характер у меня такой. Поэтому я не ощущаю себя ни первой женщиной-мэром Петрозаводска, ни последней женщиной — избранным мэром Петрозаводска. Я ощущаю себя на рабочем месте и ощущаю себя ответственной за те процессы, обязанность и ответственность за которые возложены на меня. Хотите верьте, хотите нет, но никакой грусти или особого состояние какого-то у меня сегодня нет. Я вообще настолько стала жестким человеком, что это даже на семью переносится. Семья моя уже напрягается: тук-тук, ты сними уже это свое мэрское, говорят. Не знаю, что там будет дальше, но пока… надо разобраться с уборкой города!

***

Вопросом на вопрос…

— У меня есть пара заключительных вопросов, ни к политике, ни к управлению городом не имеющих прямого отношения. Первый: двадцать месяцев назад, когда вы стали мэром, вы говорили, что не очень любите журналистов, не любите с ними общаться, отвлекаться на них и так далее. С тех пор вы все же пообщались и с республиканскими, и с федеральными, и с иностранными СМИ. Не изменили свое отношение?

— Сразу после избрания я отказывалась общаться с журналистами не потому, что я их не любила или боялась, а потому что мне им на тот момент нечего было сказать, кроме того, что я намерена сделать. А это и так было прописано во всех предвыборных программах. Потом, когда журналисты стали проявлять интерес к тому, кто такая Ширшина и почему она так долго держится, я даже стала пользоваться этим. Потому что у меня нет другой возможности рассказывать в СМИ о работе администрации города, у меня нет строчки в городском бюджете на пиар. Я стараюсь из этого интереса к Ширшиной извлекать выгоду для города и продвигать образ города. Насколько это успешно или не успешно получается — другой вопрос.

— Есть ли какой-то вопрос, который вам никогда не задавали журналисты, а вы бы хотели его услышать, задать его себе? О чем вроде бы хочется сказать, но не спрашивают?

— Я боюсь вас разочаровать, но нет, такого вопроса нет. У меня хватало всяких интервью, в том числе весьма странных. Поэтому давайте по-другому сформулируем: какой вопрос я бы задала журналисту, конкретно вам. Мой вопрос: в чем «феномен Ширшиной»? Почему столько времени Ширшина продержалась? Ведь если бы система была против нее, ее бы убрали очень быстро.

— Мне кажется, тут сработал тот самый момент, когда пришел человек с кристально чистым прошлым и не обремененный никакой репутацией. Что вам можно предъявить? Могут быть, конечно, совсем какие-то нелепые вещи, но по нелепым вещам не снимают с должности. То есть это должно быть что-то серьезное, что угрожало бы уголовным преследованием и так далее. А предъявить-то нечего. Я думаю, что, если была бы хоть малейшая зацепка, ее бы давно использовали.

— Все понятно, спасибо, интервью окончено [улыбается].

***

Впрочем, предлагаем читателям самим ответить на вопрос Галины Ширшиной. Свои варианты предлагайте в комментариях.

Источник: Яблоко

  Обсудить новость на Форуме