12:00 09.05.2015 | Все новости раздела "КПРФ"

Публицист Александр Евдокимов: Мифы последнего боя

2015-05-08 23:26

Фальсификаторы истории Великой Отечественной войны готовы опорочить даже победоносное ее завершение

Излюбленным периодом в ходе Великой Отечественной войны для антисоветчиков всех времен всегда было и, наверное, всегда будет ее трагическое начало, а не славный для СССР финал. Оно и понятно почему - трудно ведь выливать ушаты грязи на армию-победительницу, говоря о ее величайшем триумфе, когда Красное знамя взвилось над Рейхстагом, когда доблестные советские войска освободили столицы практически всей Центральной и Восточной Европы. Столь грандиозной победы не было в истории человечества, причем победы над очень сильным, жестоким и коварным врагом. Так что опорочить эти успехи очень трудно. Но, если некоторым антисоветчикам очень хочется, то, как им кажется, можно. Так что даже о завершающем, самом славном для Советского Союза этапе войны против фашизма некоторые ненавистники нашего Отечества тоже придумали немало небылиц. Попробуем опровергнуть наиболее популярные из этих давно уже внушаемых мифов.


Берлин с ходу?

«Диванные» полководцы, как известно, всегда с легкостью выигрывают любые сражения, причем малой кровью и на чужой территории, но только после того, как они уже давно закончились. Так случилось и с легендарной Берлинской операцией Советской Армии. Нет сомнения, что Главнокомандующий И.В. Сталин, маршал Г.К. Жуков, десятки советских генералов, командиров дивизий, корпусов и армий очень хотели бы быстрее победоносно завершить войну. И если был бы хотя бы малейший шанс приблизить этот славный миг для уставших за четыре года страшных боев и сражений советских воинов, они обязательно его реализовали бы. Но такого шанса не было.

Действительно, в последний день января и первых числах февраля 1945 г. во время не имеющей аналогов в мировом военном искусстве Висло-Одерской операции наши войска продвинулись на сотни километров на запад, захватив в 70 километрах от германской столицы плацдармы. Действительно, оставался один переход частям 1-ой гвардейской танковой армии М.Е. Катукова. Действительно, немецкое командование никак не ожидало, что несколько линий обороны в Польше и в восточных районах Германии советские войска прорвут за две недели в ходе настоящего блицкрига и поэтому наверняка не подготовило еще эшелонированной обороны Берлина.

Зато мощный кулак на севере в виде группы армий «Висла» под командованием рейхсфюрера Гиммлера был уже готов. Традиционно считается, что именно эта угроза заставила советское командование перейти к обороне на берлинском направлении практически вплоть до начала штурма 16 апреля. Но, скорее всего, это была не главная причина промедления. Настоящая крылась в отрыве от ремонтных баз, от складов, госпиталей и аэродромов, а также в элементарной усталости ударных группировок. Г.К. Жуков очень хорошо помнил, что художественно было показано в киноэпопее «Освобождение», чем закончилась к нашему счастью попытка гитлеровцам взять Москву измотанными в предшествующих боях частями. К тому же нельзя было исключить снятия войск с Западного фронта - в феврале 1945 г. гитлеровцы могли решиться на такой отчаянный шаг. В апреле у них такой возможности уже не было, за исключением практически небоеспособной армии Венка, в чью чудодейственную силу до последнего тщетно верили в гитлеровском логове.

Право на штурм

Второй миф о заключительной части Великой Отечественной «фельдмаршалы в теплых домашних тапочках» сочинили тоже про Берлинскую операцию. Он некоторым образом развивает первый. Раз брать Берлин с ходу было нельзя, то, по их уютно-каминному разумению, Жукову сотоварищи и вовсе не следовало рваться к нему, продираясь сквозь укрепления на Зееловских высотах. Можно было дождаться западных союзников - и Берлин бы так и так пал, но без тех ощутимых потерь, что понесли 1-й Украинский и 1-й Белорусский фронты. Проще говоря, уступить право взять столицу тем, кто открыл полномасштабный Второй фронт только 6 июня 1944 г. и, соответственно, лишить его тех, кто с боями прошел, теряя друзей, путь от Волги до Одера. Никто в понесшем ужасные потери Советском Союзе не понял бы такого аттракциона неслыханной полководческой щедрости. Тем не менее, И.В. Сталин прощупывал мнение своих маршалов, готовы ли они и миллионы их подчиненных к последнему рывку? И.С. Конева он прямо спросил: кто, по его мнению, будет брать Берлин - мы или американцы? Понятно, что это был риторический вопрос - сам Верховный не сомневался, что советский солдат заслужил право водрузить победоносное красное знамя над логовом врага – Рейхстагом - и расписаться на его стенах. Каждый боец, каждый офицер и генерал выстрадал его в тяжелейших сражениях четырех лет войны. И в общем, неторопливым продвижением перед уже бросившим фактически сопротивляться противником западные союзники признали, что яркую победную точку должны поставить Советы - те, кто вынес основную тяжесть схватки с фашизмом.

Имитация совести

После того как Берлин пал, в столице тогда еще Чехословакии вспыхнуло восстание. Годом ранее в польской Варшаве это обернулось большими потерями для восставших, не желавших координировать свои планы с советским командованием. Нечто подобное могло случиться и в Праге. Но, к счастью, ситуация в мае 1945 г. сильно отличалось от августа-сентября 1944 г. Что проявилось, в частности, в переходе на сторону восставших оказавшихся поблизости власовцев. Правда, атаковали они немецкие части только потому, что были уверены, что в столицу Чехословакии вот-вот войдут американские части, которые уже оказались в западных регионах этой страны. Бой между гитлеровцами и бойцами единственной сформированной дивизии РОА под командованием Буняченко продолжался до того момента, когда обе враждующие стороны узнали, что сейчас и тех, и других сметет 1-й Украинский фронт Советской Армии. На этом кратковременная вражда закончилась, и началось совместное бегство к американцам.

Таким образом, спасли Прагу вовсе не власовцы, а именно советские воины. И последние потери наши войска понесли именно в Пражской операции в боях с группировкой гитлеровцев, упомянутой даже в поздравительной речи И.В. Сталина по случаю Великой Победы.

Что касается перехода на сторону победителей бывших предателей и просто дезертиров, то это случалось неоднократно. Мой отец, переживший в детстве оккупацию, рассказал об одной такой группе неожиданных помощников наступающей Советской Армии. В местечке, где оказалась его семья, прямо перед приходом наших войск взбунтовалась группа бывших красноармейцев. «Они организовали, - пишет мой отец, - охрану городишка, арестовали явных врагов Советской власти, выловили бродячих немецких военнослужащих. Но когда пришли наши тыловые войска, они были арестованы и в одной колонне с теми, кого они сами арестовали, были куда-то отправлены... Нам, мальчишкам, трудно было понять, почему так поступили с этой группой». Детям, конечно, было трудно разобраться в том, в чем нелегко было разобраться взрослым. Но совершенно понятно, что никакого доверия те, кто вдруг в последний момент решали помочь, у советских воинов не вызывали.

Особо мерзкая мерзость

Почти все мифы о Советской Армии-освободительнице, сокрушившей гитлеровские полчища и освободившей большую часть Европы от фашистского ига, иначе, как грязные, не назовешь. Но даже среди всего этого жуткого вороха мерзости, есть пакость, которая выделяется на общем отвратительном фоне. Имеется в виду, конечно же, небылица о тотальном мародерстве советских войск и огромном числе изнасилований немецких женщин.

Как и подавляющее большинство иных сплетен, этот кощунственный супердомысел никакими серьезными доказательствами не подкреплен. Понятно, что в ходе боевых действий могло происходить всякое, но если и случались эксцессы, то это было исключением из общего правила. И по-другому быть не могло. И не только из-за великодушия, свойственного советскому народу, но и как результат приказа И.В. Сталина еще от 23 февраля 1942 г., в котором говорилось: «Было бы смешно отождествлять клику Гитлера с германским народом, с германским государством. Опыт истории говорит, что гитлеры приходят и уходят, а народ германский, а государство германское остается». Советский лидер еще за три года до появления первых наших частей на территории Германии подчеркнул, что война идет не с немецким народом и даже не с немецким государством как таковым, а с фашистской бандой, которая захватила там власть и одурманила нацистской пропагандой значительную часть населения.

Но действительно, бойцам нашей разрушенной и разграбленной нацистами страны разрешили брать трофеи, т.е. им выдавали строго ограниченное количество вещей с захваченных гитлеровских складов. Немного больше могли себе позволить офицеры и генералы, но они это заслужили. И опять-таки те, кто правами злоупотребил, понесли суровое наказание, невзирая на чины и звания.

Что касается отношений между советскими военнослужащими и немецкими дамами. Насилие каралось жестоко, так что ничем, кроме псевдохудожественных кинолент, голословное это обвинение антисоветским пропагандистам подкрепить и не удается. Расчет только на то, что чудовищная ложь и в данном случае, если ее вдалбливать посредством пропагандистского искусства, сработает. Не исключено, что И.В. Сталин предвидел эту киношную ложь и заранее ее опроверг куда более монументальным искусством - памятником советскому воину-освободителю в Трептов-парке. Тот, кто спас ребенка, не мог быть насильником и мародером. И действительно не был, сколько бы фильмов, утверждающих обратное, ни наклепали бы в прозападных фабриках грез.

Блицкриг в Азии

Вторая мировая война с капитуляцией Германии 9 мая 1945 г. не закончилась - в это время бои против милитаристской Японии на Тихом океане были еще в самом разгаре. Не участвовать в этих операциях Советский Союз никак не мог - во-первых, долг платежом красен: хоть и с опозданием на два года, но союзники открыли-таки нужный нам Второй фронт. А во-вторых, разрывая договор о ненападении со Страной Восходящего Солнца и вступая в войну против нее, советские войска оказывали содействие не только США и Великобритании, но в первую очередь народам оккупированных японской военщиной Китая и Кореи.

Ну и наконец, всем было уже очевидно, что холодной войны между двумя сверхдержавами не избежать. И в этой ситуации каждая из них, как могла, пыталась поиграть мускулами. Американцы сделали свой ход накануне, испытав в ходе Потсдамской мирной конференции атомную бомбу. Советский Союз, в считанные дни разгромив казавшуюся непобедимой Квантунскую армию, тоже показал, что не лыком шит и вовсе не случайно победил доселе непобедимый гитлеровский Вермахт. С высокой степенью вероятности можно предположить, что варварские атомные бомбардировки, как ни ужасно это прозвучит, были своеобразным месседжем вовсе не правящим кругам Японии, а руководству находящейся к северу от нее великой страны. Никакой военной необходимости в уничтожении двух городов и гибели от чудовищных взрывов и радиоактивного заражения сотен тысяч мирных японских граждан не было. Это была поистине дьявольская угроза и настоящее преступление против человечности.

Однако правящие круги современной Японии никаких особых претензий по этому поводу США не высказывают. Во всяком случае, нет ничего даже близкого той свистопляски, которые они устраивают вокруг отошедшей нам стратегически важной южной части Курильских островов. Здесь проклятия японских милитаристов сыплются на нашу страну вот уже 70 лет.

Впрочем, само упорство Японии по возврату Южных Курил говорит о важности их, а соответственно, косвенно и об оправданности участия СССР в завершении Второй мировой войны на Дальнем Востоке. Как и Калининградская область на западе, эти острова и Южный Сахалин стали вполне законными трофеями нашей страны.

За один шаг до Победы

Размышляя о заключительном этапе войны, я то и дело ловил себя на мысли о том, как, наверное, жутко было нашим бойцам погибать в последнем бою, который «трудный самый». Особенно жутко. Ведь победа вот уже, кажется, совсем близко, только руку протянуть, - как в легендарной песне Михаила Ножкина поется, «еще немного, еще чуть-чуть». Но, увы, десяткам тысячам советских воинов этого «чуть-чуть» и не хватило. Можно себе представить отчаяние их родных и близких, которые уже ждали своего героя домой. Но пуля, осколок или мина разрушили все планы.

Так что фальсификаторы истории не только историю фальсифицируют, но и оскорбляют память о тех, кто погиб, защищая нашу Родину. Причем не только в последний перед капитуляцией фашистской Германии момент, но и на всех этапах Великой Отечественной войны.

Источник: КПРФ

  Обсудить новость на Форуме